Преступления на почве ненависти в Украине – 2008
Доклад по результатам мониторинга проявлений ксенофобии в Украине

редактор-составитель  – Вячеслав Лихачев




Содержание

От редактора-составителя

Ксенофобия  в украинском обществе: обзор

Статистика сообщений о жертвах нападений на почве ненависти в Украине, 2006 – 2008 гг.

Нападения на почве ненависти в Украине, 2008 г.: хроника 

Приложение: динамика проявлений антисемитизма в Украине в 2008 г.

 

От редактора-составителя

С 2002 г. я занимаюсь мониторингом различных форм ксенофобии в Украине. Изначально речь шла в первую очередь о мониторинге проявлений антисемитизма в рамках работы Ваада (Ассоциации еврейских организаций и общин) Украины. С 2003 г. в сотрудничестве с Евроазиатским еврейским конгрессом я издаю ежегодный доклад «Основные тенденции проявлений антисемитизма в странах Евразии», один из разделов которого посвящен Украине (на настояний момент издано шесть выпусков доклада). Позже было налажено сотрудничество по систематическому мониторингу проявлений антисемитизма в Украине с Институтом изучения антисемитизма и расизма им. С.Рота Тель-авивского университета, который выпускает единственный в своем роде ежегодный доклад, посвященный проявлениям антисемитизма во всем мире, и Экспертной группой по проблемам антисемитизма при Комиссии Всемирного еврейского конгресса по бывшему СССР. В настоящее время налажена подготовка и распространение ежемесячных обзоров проявлений антисемитизма в Украине.
Кроме того, я работал над мониторингом этнополитических аспектов украинских избирательных кампаний (в том числе – использованием ксенофобских провокацией в политтехнологических целях и деятельностью праворадикальных элементов). Занимался я изучением положения национальных и религиозных меньшинств, в частности – мусульман в Украине,  а также  крымскотатарским вопросом.   Преступления на почве ненависти еще несколько лет назад еще не носили в Украине характера действительно серьезной проблемы. 
Однако, к сожалению, с осени 2006 г. в Украине было зафиксировано начало резкого роста количества нападений на почве ненависти. Уличный расизм стал реальностью в нашей стране. С конца 2006 г. в сотрудничестве с американской еврейской правозащитной организацией Union of  Councils (UCSJ) я стал осуществлять мониторинг не только антисемитизма, но и других проявлений ксенофобии, в первую очередь – нападений на почве ненависти, а также идеологически мотивированного вандализма в отношении культовых  зданий и кладбищ. Осенью 2007 г. благодаря гранту Международного фонда «Возрождение» я получил возможность наладить полномасштабный мониторинг проявлений ксенофобии (сборник аналитических статей, основанных на мониторинге, должен выйти в издательстве «Дух и литера» весной 2009 г.). С архивами материалов мониторинга можно ознакомиться на сайтах Ваада Украины, Конгресса национальных общин Украины и Евроазиатского еврейского конгресса.
Весной 2008 г., после того, как в январе – марте количество нападений на почве ненависти в Украине достигло максимума, благодаря усилиям Union of  Councils, Московской хельсинской группы и киевского Центра гражданских свобод при поддержке посольства США в Украине мониторинг вышел на новый этап: была создана региональная сеть представителей правозащитных групп и других неправительственных организаций, задействованных в программах противодействия ксенофобией. В Украине развернула свою деятельность созданная Union of  Councils международная коалиция против ненависти.
При подготовке данного доклада, являющегося результатом мониторинга за 2008 г., было принято решение сосредоточиться на нападениях на почве ненависти. Доклад предваряется общим обзором различных аспектов проблемы ксенофобии  в современной Украине. В качестве приложения в связи с огромным (неадекватным, на мой взгляд) вниманием СМИ и международной общественности я предлагаю вниманию читателей обзор динамики проявлений антисемитизма в Украине.
Хочется подчеркнуть, что это – первый годовой доклад о проявлениях ксенофобии в Украине, подготовленный совместными усилиями украинских общественных организаций. Мы надеемся, что нам удастся сделать его ежегодным. Одновременно хотелось бы надеяться, что в результате общих усилий негативная динамика в этой сфере будет преодолена и из года в год будет все меньше и меньше поводов обращаться к этой теме.   
Хотя текст, помещаемый в этой брошюре – мой, я не могу считать себя его единоличным автором, скорее – редактором-составителем. Работа по мониторингу невозможна в одиночку, и было бы несправедливо, если бы я презентовал от своего лица результат труда десятков людей.    
Невозможно перечислить всех, кто внес свой вклад в работу по составлению мониторинга проявлений антисемитизма. Материал собирался по крупицам усилиями десятков человек: региональных правозащитников – представителей организаций-партнеров Центра гражданских свобод, членов Коалиции против ненависти и Diversity Initiative, журналистов, представителей организаций национальных меньшинств и правоохранительных органов, госслужащих и общественных активистов. Отдельно я хотел бы отметить помощь Максима Буткевича, Ольги Веснянки, Иосифа Зисельса,  Александры Матвейчук, Дмитрия Мещерякова, Луа Потье,  Леонида Стонова, Яны Тяпкиной, Леонида Финберга.  Особую благодарность я хотел бы выразить Анне Некрасовой – за поддержку и понимание.
Вячеслав Лихачев

 

Ксенофобия  в украинском обществе: обзор

Несмотря на то, что межнациональные проблемы явно не относятся к наиболее острым в украинском обществе, эксперты с беспокойством отмечают стремительное развитие сразу нескольких негативных тенденций в этой области. Среди факторов, которые вызывают сегодня наибольшее беспокойство – взрывообразный рост связанных с насилием преступлений на почве расовой, этнической и религиозной ненависти; болезненная мигрантофобия в массовом сознании, подогреваемая абсурдными и неграмотными материалами журналистов и заявлениями чиновников; все более острые взаимоотношения между «славянами» и крымскими татарами в АРК; и т.п. Хотя ни одна из этих проблем не представляет собой реальную угрозу для национальной безопасности страны, количество людей, серьезно пострадавших от различных проявлений расизма, в том числе – погибших, стремительно растет. Общество и государственные органы обязаны как можно скорее осознать серьезность проблемы ксенофобии.

Страх и ненависть в Украине (постановка проблемы)
Наличие проблемы ксенофобии только недавно в Украине официально признали на государственном уровне. 11 апреля 2008 года президент страны Виктор Ющенко обратился с письмами к генеральному прокурору Александру Медведько и министру внутренних дел Юрию Луценко, в которых призвал руководство ГПУ и МВД предпринять эффективные шаги, направленные на противодействие антисемитизму и ксенофобии. При этом президент страны сослался на данные мониторинга Конгресса национальных общин Украины (КНГУ) о количестве зафиксированных в 2007 году нападений на почве ненависти. В письме президента речь шла о семидесяти пострадавших от рук расистов на улицах украинских городов в течение года.
Как человек, на протяжении нескольких последних лет руководящий программой мониторинга и анализа проявлений антисемитизма и ксенофобии в Украине КНГУ  (а с мая 2008 г. – так же и аналогичной программой Центра гражданских свобод), с грустью вынужден поправить президента, который ссылался на предварительные результаты мониторинга, обнародованные КНГУ в конце прошлого года. Согласно нашим окончательным данным, исправленным и значительно дополненным, в течение 2007 года в стране жертвами нападений на почве ненависти стали почти девяносто человек. Для шести жертв нападения закончились летальным исходом.
Волна нападений на представителей различных этнических и расовых меньшинств началась осенью 2006 года и продолжается до сих пор. Темпы роста количества подобных преступлений поражают. Еще в 2006 году я зафиксировал 14 нападений (два закончились для жертв летальным исходом).

По данным мониторинга Конгресса национальных общин Украины и Центра гражданских свобод, в 2008 г. в результате нападений на почве ненависти в Украине пострадало 83 человека (четверо были убиты). В январе 2009 г., по предварительным данным, было зафиксировано еще одно убийство на почве ненависти. 

И это минимальные цифры. Хочу подчеркнуть, что речь не идет обо всех преступлениях, совершенных против иностранцев, а только о тех случаях, когда имеющаяся информация позволяет с высокой степенью уверенности  говорить о расистском характере преступления. Как правило, это неспровоцированное жертвой, обладающей ярко выраженной неславянской внешностью, внезапное жестокое нападение одного или, чаще, нескольких подростков типичной для молодежной расистской субкультуры внешности. Нередко хулиганы вооружены ножами или предметами, используемыми в качестве оружия (стальные прутья, палки, «розочки» разбитых бутылок). Непосредственно перед нападением или во время избиения преступники выкрикивают расистские лозунги, типа «негр, убирайся в Африку» или «Украина для украинцев». Случаев, в которых у нас нет уверенности относительно идеологического характера преступления, или которые не получили точного подтверждения, гораздо больше. Кроме того, если некоторые преступники действуют с демонстративной открытостью, преследуя задачу запугать «расовых врагов» своего больного воображения (некоторые нападения сами же расисты снимают на камеру и выкладывают потом в открытом доступе в Интернете), другие действуют не менее жестоко, но с соблюдением правил конспирации. Жертвы их нападений скорее числятся среди пропавших без вести.  

Таким образом, моя статистика, безусловно, не может претендовать на полноту. Однако, в любом случае, другой статистики преступлений на почве ненависти в Украине просто не существует: ни МВД, ни СБУ не ведут учета таких преступлений. Точное количество жертв преступлений на почве ненависти не может назвать никто. Отсутствие достоверной и всеобъемлющей информации о ситуации с ксенофобией в стране является сегодня серьезной проблемой. Органам государственной власти следует задуматься о создании межведомственного мониторингового центра, который занимался бы сбором, обобщением и анализом информации о различных формах проявлений ксенофобии. Только совсем недавно эту функцию, по нашей информации, возложили на Государственный комитет по делам национальностей и религии. Пока же мониторинг проявлений ксенофобии по мере сил выполняют общественные организации, на настоящий момент в первую очередь – это КНГУ и Центр гражданских свобод,  а также проект «Без границ!» Центра «Социальное действие», Украинская ассоциация «Международная амнистия», Восточно-Европейский институт развития и некоторые другие. Важна роль международных структур, таких, как Международная организация миграции и Управление Верховного комиссара ООН по делам беженцев и вынужденных переселенцев. Активно отслеживает ситуацию в Украине американская еврейская правозащитная организация Union of  Councils (UCSJ).

Насилие на расовой почве – наиболее вопиющее, но далеко не единственное проявление ксенофобии. Постараемся комплексно рассмотреть тему ксенофобии в нашей стране, последовательно проанализировав разные аспекты этой проблемы.

Вековое соседство

Полиэтничность украинского общества – вещь общеизвестная. Согласно результатам Всеукраинской переписи населения 2001 г., национальные меньшинства составляют 22,2% населения страны. Среди наиболее значительных меньшинств – этнические русские (8,3 млн. чел.), белорусы (245 тыс.), молдаване (258 тыс.), крымские татары (248 тыс.), болгары (204 тыс.), венгры (156 тыс.), румыны (150 тыс.), поляки (144 тыс.), евреи (103 тыс.), армяне (100 тыс.), греки (91 тыс.), татары (73 тыс.), ромы (47 тыс.), азербайджанцы (45 тыс.), грузины (34 тыс.), немцы (33 тыс.), гагаузы (32 тыс.), литовцы (7 тыс.), словаки (6 тыс.), эстонцы (2,8 тыс.), караимы (1,2 тыс.), крымчаки (406 чел). Перечисленные группы можно отнести к традиционным меньшинствам, проживающим на территории нашей страны на протяжении веков. Это – «свои» этносы, они привычны для украинского общества и основной проблемой для них является не ксенофобия, а перспектива постепенной ассимиляции.

Хотя в целом этнополитическая ситуация в Украине вполне спокойна, она все же далека от идеальной. Многие существующие проблемы связаны с отсутствием развитой и современной законодательной базы. Действующие законы о языках и о национальных меньшинствах, неплохие для своего времени, безнадежно устарели. Относительная гармония в межэтнических отношениях, сложившаяся без особых усилий со стороны власти естественным путем в силу исторической традиции и ряда других причин, в каком-то смысле затормозила дальнейшее развитие законодательной базы в этой области. Страна живет без Концепции государственной этнополитики, а это, в частности, означает, что государство так и не определило на стратегическом уровне политику относительно национальных меньшинств. Отсутствуют законодательные акты о реституции национализированной общинной собственности, о национально-культурной автономии, нормальная законодательная база, содержащая конкретные механизмы реабилитации репрессированных народов, и т.п.

В Европе принято считать, что отношение к национальным меньшинствам принципиально важно для развития свобод, демократии, базовых прав человека, равно как и для улучшения климата в обществе в целом, вне зависимости от того, насколько количественно значима часть «нетитульного» населения в стране. Современные европейские стандарты в области этнополитики подразумевают активную поддержку этнических меньшинств и внедрение стандартов политкорректности и толерантности во все сферы общественной жизни, от массовой культуры до кадровой политики. Украина пока значительно отстает от общеевропейского прогресса в этой сфере направлении.

Социальная дистанция: иерархия меньшинств в глазах большинства

К сожалению, в Украине не проводится постоянного, системного и профессионального социологического мониторинга ксенофобских настроений в обществе. Иногда в качестве такового позиционируются исследования социальной дистанции между различными этническими группами по т.н. шкале Богардуса, которые на протяжении многих лет проводят Киевский международный институт социологии (КМИС), Институт социологии Национальной академии наук Украины, Институт прикладных гуманитарных исследований и некоторые другие исследовательские организации. На самом деле, некорректно отождествлять выясняющийся с помощью исследований по этой методологии коэффициент социальной дистанции и уровень ксенофобии. Это признают и сами социологи – только в 2008 г. специалисты из КМИС приступили к разработке методологии проведения исследование собственно ксенофобии массового сознания.  Пока же, за неимением других данным, по результатам исследований по шкале Богардуса мы можем только  ориентировочно говорить о некоторой «иерархической лестнице» этносов в массовом сознании украинцев.

Согласно данным КМИС, лучше всего в украинском обществе, как и следовало бы ожидать, взаимоотношения между тремя родственными восточнославянскими народами – этническими украинцами, русскими и белорусами. Следом за ними со значительным отрывом идут некоторые традиционные для Украины национальные меньшинства – евреи, поляки, молдаване, венгры, греки, с небольшим отрывом – крымские татары. Общество в целом относится к представителям этих этнических групп скорее позитивно (хотя в этом вопросе прослеживается очень сильная региональная специфика).

Обращает на себя внимание тот факт, что поляки – единственная группа, по отношению к которой социальная дистанция сокращается. По результатам опросов КМИС 2007 и 2008 г., они уже практически «догнали» евреев (индекс по отношению к евреям в 2007 составил 4,6, в 2008 – 4,1; по отношению к полякам – 4,7 и 4,2 соответственно), которые на протяжении всего постсоветского периода были наиболее близкой к доминирующему восточнославянскому населению этнической группой. Причины этой тенденции довольно очевидны. То, что Польша последовательно поддерживает Украину на внешнеполитической (европейской, в первую очередь) арене, то, сколько усилий приложили ученые, представители творческой интеллигенции и политики для примирения двух народов после всех сложностей во взаимоотношениях, имевших место в прошлом – весь опыт совокупности действий в официальной и «народной» дипломатии заслуживает внимательного изучения и осмысления.

На грани ксенофобии в общественном сознании всего населения Украины (хотя в контексте методологии шкалы Богардуса правильнее говорить об «изолированности» или «дистанцировании») – отношение к азербайджанцам, армянам, узбекам, таджикам, туркам. Наиболее негативные чувства вызывают у населения страны выходцы из стран Африки и Азии, а также ромы. Кроме того, социологические исследования фиксируют резко негативное отношение украинцев к беженцам и вынужденным переселенцам. 

Общая тенденция, выявляемая исследованиями социологов, на протяжении почти всего периода украинской независимости, демонстрировала постоянный рост социальной дистанции между различными этническими группами. В 2007 – 2008 гг. наметилась тенденция к снижению социальной дистанции, однако пока рано говорить о том, что она имеет существенный и устойчивый характер.
Однако, повторим, что исследования, фиксирующие именно ксенофобию в Украине не проводятся, а социальная дистанция не может служить корректным индикатором уровня толерантности и нетерпимости в обществе. Безусловно, государство и общество заинтересованы в систематическом проведении полноценных исследований уровня нетерпимости в массовом сознании населения страны.

Уязвимые национальные меньшинства

В целом традиционные для Украины этнические меньшинства неплохо интегрированы в социум. Созданы в большей или меньшей степени (у разных этнических групп – по-разному) жизнеспособные и активные общинные структуры, государство не препятствует (а иногда даже способствует, хотя и не в той мере, как это подразумевается современными европейскими стандартами относительно государственной этнополитики) национально-культурной жизни этнических меньшинств. Конечно, проблем немало, но в целом национальное возрождение национальных меньшинств можно признать состоявшимся фактом.

В более уязвимом положении относительно многочисленных компактно проживающих этнических групп (таких, как крымские татары, венгры, болгары,  румыны, молдаване) оказались малочисленные и/или дисперсно проживающие группы. Одна из основных проблем национальных меньшинств – языковая. Фактически утрачены в качестве средства повседневной коммуникации или находятся на грани исчезновения некоторые традиционные для Украины этнические языки, такие, как караимский, крымчакский, идиш. К сожалению, призванная поддержать именно их Европейская хартия региональных и миноритарных языков на практике не выполняет своих функций. Хартия, о которой сегодня, похоже, все просто забыли, несколько лет использовалась определенными силами в общественно-политическом противостоянии исключительно в качестве юридического аргумента в пользу официального статуса не требующего государственной поддержки и не находящегося на грани исчезновения русского языка. 

Как уже было сказано, ксенофобия не является острой проблемой для традиционных меньшинств. Однако есть и исключения. В силу специфических причин (в каждом конкретном случае – уникальных) некоторые группы все же являются объектами ксенофобии и постоянно подвергаются диффамации, дискриминации или даже нападениям на почве ненависти.

В первую очередь, к уязвимым этническим группам относятся ромы (цыгане). В силу социально-экономических, культурных и исторических причин большинство членов этой этнической группы принадлежат к беднейшим слоям населения. Устойчивые негативные стереотипы массового сознания, связанные с ромами, живы в украинском обществе. Вполне респектабельные средства массовой информации не гнушаются эксплуатировать эти стереотипы, изображая обобщенный портрет целого народа в образе наркоторговца и мошенника. Правоохранительные органы порой проводят профилактическую работы с ромами, которую вполне можно оценивать как дискриминационную. Трудности возникают у ромов и при устройстве на работу. 

Очевидно, что для корректного разрешения проблем, связанных с положением ромов в Украине, необходимо комплексная, системная и долговременная программа, подобная программам, уже продемонстрировавшим свою эффективность в других странах Восточной Европы (например, Венгрии и Румынии). Однако ксенофобия и дискриминационные меры в отношению к ромам, фиксируемые, в том числе, со стороны правоохранительных органов, также требует специального комплекса мер противодействия.  

Крайне сложным продолжает оставаться положение крымских татар, репатриировавшихся на родину из мест депортации. Вообще, в Автономной республике Крым наиболее остро стоит проблема межнациональных отношений. В 2006 г. накопившиеся противоречия, связанные с интеграцией в украинское общество крымскотатарских репатриантов, неоднократно приводили к масштабным столкновениям, в том числе силовым, между татарским и славянским населением полуострова. Интеграцию репатриантов затрудняет отсутствие Закона о восстановлении прав депортированных (ветированного еще президентом Леонидом Кучмой и так и не принятого при Викторе Ющенко). Нет и адекватной законодательной базы (например, в виде Закона о национально-культурной автономии) и для введения в юридическое поле Меджлиса крымскотатарского народа (исполнительного органа Курултая – съезда делегатов, представляющих практически весь этнос) в качестве легитимного органа, представляющего перед лицом государства интересы крымских татар.

Безусловно, корень проблем крымскотатарского народа и, соответственно, решение вопроса лежит в первую очередь в социально-экономической, а не в этнополитической сфере. Но необходимо отметить, что сегодня важную негативную роль в происходящих на территории полуострова процессах играет ксенофобия со стороны доминирующего славянского населения по отношению к крымским татарам. К сожалению, можно говорить о целенаправленной антитатарской и исламофобской информационной кампании. В русскоязычных крымских изданиях в большом количестве публикуются материалы, которые можно назвать не просто некорректными или диффамационными, но и прямо разжигающими межнациональную рознь. Наиболее популярное местное издание, газета  «Крымская правда», формирует у читателя картину просто эсхатологического противостояния между «носителями православной цивилизации» и «мусульманами». Публикации в этом издании неоднократно становились поводом для обсуждения в профессиональной среде, являя собой замечательный пример эксплуатации «hate speеch» – языка вражды. Публикации, содержащие язык вражды, может, и не «разжигают национальную вражду» в том понимании, какое заложено в статье 161 Уголовного кодекса, но они однозначно вызывают у читателя негативные чувства по отношению к какой-то группе (в случае «Крымской правды» – к татарам и мусульманам вообще). И речь идет о самом многотиражном издании Крыма; что уж говорить, например, о выходящей в АРК откровенно православно-националистической газете «Русичи».

Претендующая на рациональную обоснованность, идеологизированная нетерпимость по отношению к татарам продуцируется в первую очередь носителями российско-православной «цивилизационной» ориентации. В прямом смысле этого слова, за редким исключением, речь не идет о сознательных русских националистах; крымская ситуация несколько сложнее. Для того, чтобы объяснить самим себе, каким образом они оказались в чужих домах после депортации крымскотатарского народа в конце Второй мировой войны, бывшие жители воронежской области или военные пенсионеры, будучи носителями советской идентичности в первую очередь, волей-неволей «вписывают» локальные конфликты в глобальную картину «столкновения цивилизаций», при которой любое противоречие между носителями «христианской» и «мусульманской» идентичностей воспринимается как что-то «естественное», неизбежное в силу причин онтологического характера.   

Ксенофобия по отношению к татарам, подогреваемая политическим, информационным и экономическим (в первую очередь в вопросах, связанных с землей) противостоянием, нередко выплескивается в виде оскорблений, актов вандализма в отношении татарских учреждений или мусульманских кладбищ, или даже физических нападений. Нередко конфликты из-за участков земли или даже бытовые ссоры принимают характер масштабных межэтнических столкновений с большим количеством пострадавших. Ситуация с ксенофобией и межэтническими отношениями в Крыму требует незамедлительного, решительного и последовательного, но вместе с тем продуманного и осторожного вмешательства на государственном уровне.

К сожалению, я вынужден согласиться с оценкой ситуации, высказанной в заявлении Меджлиса крымскотатарского народа 6 ноября 2007 г.: «В условиях открытого игнорирования украинским государством необходимости восстановления прав крымскотатарского народа продолжают накапливаться и усугубляться многочисленные проблемы, связанные с возращением и обустройством коренного народа на историческую родину – Крым, таких как: наделение землей, трудоустройство, возврат культовых объектов, образование на родном языке, развитие национальной культуры, восстановление исторической топонимики и многих других.

Такая государственная политика воспринимается органами власти АРК как руководство по усилению дискриминации крымских татар. Многократные обращения соотечественников остаются без положительной реакции органов исполнительной и представительной власти АРК, а договоренности Меджлиса крымскотатарского народа с руководством автономии по проблемным ситуациям не выполняются. По сей день не решаются вопросы наделения земельными участками для строительства индивидуального жилья и строительства культовых сооружений». Добавлю от себя, что интеграция репатриантов в социум осложняется сформированным еще при советской власти и поддерживаемым сегодня негативным отношением со стороны большинства представителей доминирующего на полуострове славянского населения. При наложении реальных земельных и экономических проблем на историческую мифологию и ксенофобию формируется взрывоопасная смесь. Если рассмотреть проблему взаимоотношений крымскотатарского народа с властями и окружающим населением в широком контексте, включающем и экономическое состояние полуострова, и влияние России, серьезность сложившейся на сегодня ситуации станет очевидной. Однако проблемы не решаются, а скорее только накапливаются, а известно, что этнополитические противоречия имеют значительный кумулятивный потенциал.

В крымскотатарской среде происходят свои процессы, и если Меджлис – по крайней мере, официально – выступает за ненасильственные методы борьбы за свои права, терпимость к соседям и подчеркнутую лояльность к украинскому государству, то недовольные «соглашательской» позицией официального крымскотатарского руководства радикалы в свою очередь апеллируют к мобилизационным моделям, предполагающим «образ врага». Не в меньшей степени, чем «славяне», татары склонны воспринимать любой конфликт из-за земли в этнических терминах. Очевидно, что чем дальше будет откладываться решение актуальных для крымских татар проблем (в первую очередь – земельных), тем большую популярность получат идеи о необходимости активного противодействия «русским свиньям» и «безбожному украинскому государству». Такое раскачивание качелей взаимной неприязни не может не беспокоить. Вместо попыток найти компромисс гораздо чаще можно наблюдать споры относительного того, «кто первый начал». В конце концов, вызывающие столь резко ксенофобную реакцию со стороны «православных славян» крымскотатарские самозахваты – это нарушение действующего законодательства…

Часто к уязвимым меньшинствам относят евреев. На сегодняшний день, правда, положение еврейского народа в Украине вполне стабильное, однако евреи продолжают оставаться объектами для диффамации в некоторых средствах массовой информации, и иногда – жертвами уличных нападений. В последнем случае речь идет практически исключительно об израильтянах и/или религиозных евреях, которые из-за характерной одежды бросаются в глаза на улице. Верующих (вернее, соблюдающих) иудеев часто целенаправленно выслеживали или подстерегали возле синагог. То есть, скорее можно говорить о приверженцах иудаизма как уязвимой религиозной группе, а не о евреях как об уязвимом этническом меньшинстве. В целом же, несмотря на шумную информационную кампанию прошлого года о небывалом росте антисемитизма в Украине, по нашим данным, ситуация в этой области довольно стабильная, а по некоторым показателям (например, количество юдофобских публикаций) был зафиксирован даже заметный спад.

Гораздо хуже ситуация обстоит с представителями «новых меньшинств» – недавними гостями Украины, вынужденными переселенцами и беженцами. Именно они чаще всего становятся объектами ксенофобии – от оскорблений до дискриминации и насилия. Страдают также иностранные студенты, бизнесмены и даже дипломаты.
Среди жертв расистов – выходы из Африки, Центральной и Юго-Восточной Азии, Ближнего Востока, Кавказа и Закавказья, и даже Латинской Америки. Погибли в результате избиений и ранений, нанесенных ножами и другим холодным оружием, студент из Гамбии, два гражданина Бангладеш, нигериец, кореец, араб (беженец из Ирака), беженец из Конго, беженец из Сьерра-Леоне, грузин, гражданин Украины смешанного (украино-иранского) происхождения... География известных нападений широка: Житомир, Киев, Луганск, Луцк, Львов, Николаев, Одесса, Тернополь, Севастополь, Симферополь, Харьков, Черкассы.
По-настоящему серьезный характер приобрела проблема расистского насилия в отношении иностранных студентов. Потенциально она может нанести серьезный ущерб как международной репутации Украины, так и ее экономике. В нашей стране обучается около 40 тыс. студентов из-за рубежа. Больше всего в страну приезжают учиться из Ирана, Сирии, Турции, Китая, Индии и других стран Азии и Африки. Зарубежные студенты приносят вузам Украины более 70 миллионов евро в год (по данным за 2006 г.), тем самым на 11% финансируя всю систему высшего образования страны.  

Скинхеды, их жертвы и кривое зеркало СМИ

Неожиданно и неспровоцированно нападают на прохожих с неславянской внешностью, как правило, бритые или коротко стриженные подростки в высоких шнурованных ботинках и подвернутых джинсах, уверенные, что «очищают страну». Так выглядят типичные представители движения скинхедов. Это молодежное течение, в субкультуре которого важное место занимают нацистская символика и расистская идеология, а к стилистическим особенностям относится агрессивная модель поведения. Как и всякое молодежное течение, скинхеды – это не организация, а сеть группок, объединенных мировоззрением, атрибутикой и образом жизни.
Группировки наци-скинхедов (или «бонхедов», как их называют их субкультурные «оппоненты») заметно активизировались в крупных городах Украины последние два года. Эта молодежное движение переживает сейчас бурный рост.
Скинхеды, или скины, как они сами себя сокращенно называют – течение в молодежной культуре, появившееся в бедных рабочих кварталах Великобритании в конце 1960-х годов. Первоначально это было агрессивное движение скорее социального протеста против как официальной культуры, так и против  молодежной субкультуры детей “среднего класса” – хиппи и битников. Первые скинхеды носили короткие стрижки (“лысыми” они были только по сравнению с длинноволосыми хиппи), тяжелые ботинки строительных рабочих и “донки” – грубые куртки или полупальто докеров. Скины били “волосатиков” и “паков” – весьма многочисленных в Англии выходцев из Пакистана, занимающихся преимущественно торговлей и мелким бизнесом. При этом к чернокожим и мулатам скинхеды относились с симпатией, слушали ямайскую музыку реггей и ска.

Следующее поколение бритоголовых, оформившееся в конце 1970-х – начале 1980-х, немного изменило внешний облик и мировоззрение. Они обрили голову и одели черные джинсы и короткие куртки без воротника. Объекты своей ненависти скинхеды стали выбирать по национальному, а не социальному признаку. Важную роль в появлении скинхедов в современном виде сыграла культовая в их среде музыкальная группа “Skrewdriver” (“Отвертка” – инструмент, который бритоголовые использовали в уличных драках в качестве оружия) и лично ее лидер Ян Стьюарт. Тогда же произошло разделение движения скинхедов на “коричневых” и “красных”, продолжавших выражать социальный протест и дистанцировавшихся от своих собратьев-расистов. При этом “левые” и “правые” скины практически не отличаются по внешнему виду, а только по символике, нашивкам на куртках и объектам агрессии. В Украине, правда, «левые» скинхеды,  антифашисты и анархисты, находятся в абсолютном меньшинстве.

В движении скинхедов, как и в любой другой молодежной субкультуре, важную роль играет символика и атрибутика. Откровенно идеологические и пропагандистские издания пользуются небольшой популярностью у подростков. Во многом мировоззрение субкультурной группы распространяется на новичков именно через символику или музыкальные тексты и подобные материалы. В последнее время большую роль как в «пропаганде», так и просто в общении и в налаживании горизонтальных связей, играет Интернет. 

В символике наци-скинхедов основное место занимает “кельтский крест” (крест в круге, лучи креста выдаются за пределы окружности), косой “конфедератский” крест (флаг южных рабовладельческих американских штатов времен гражданской войны). Иногда используется свастика, как классическая, 4-лучевая, так и 3-лучевая (символ апартеида). Из более редких символов можно упомянуть череп и кости (“мертвая голова”), нашивки с буквами WP (от “White power” – короткого лозунга и названия направления), стилизованное изображение белого кулака, изображение бульдога в шипастом ошейнике, стилизованное изображение бейсбольной биты. Распространены рунические символы, использовавшиеся в свое время в нацистской Германии – сдвоенная руна “зиг” (две молнии а-ля SS), руна “отал” (ромб с “ножками”), и др. В последнее время широкое распространение получили (под влиянием родственной скинхедам субкультуры футбольных фанатов) нарукавные нашивки с изображением украинского флага, бейсболки с малым гербом Украины («тризубом»).

Иногда скинхеды используют нашивки с зашифрованными лозунгами, понятными только своим (подобная система кодировок, ровно как и специфический сленг – обычная черта молодежных субкультур). К таким лозунгам относятся, например, “88!” (зашифрованное по номерам букв “Heil Hitler”); “Oi!” (англоязычное сленговое приветствие-оклик типа “эй!”, давший название музыкальному направлению скинов); “14 Words” (своеобразный “символ веры” скинхедов, сформулированный американцем Дэвидом Лейном, одним из признанных идеологов движения: “WE MUST SECURE THE EXISTENCE OF OUR PEOPLE AND A FUTURE FOR WHITE CHILDREN!”). Этими “шифровками” и их комбинациями (типа “WP! 14/88!”) пестрят многочисленные издания скинхедов, обложки аудиокассет, их используют в графитти, татуировках и нашивки. 

В одежде у скинов преобладает стиль “милитари” (камуфляжные штаны и куртки); военные или стилизованные под военные высокие шнурованные ботинки на толстой подошве, иногда со стальными мысками (популярностью пользуется продукция фирм “Доктор Мартинс” и “Гриндерс”); короткие спортивные куртки (т. н. “бомбер” или куртки различных футбольных клубов) черного, защитного или, реже, синего цвета; часто подтяжки; полувоенные кепи (т. н. “гансовки”); черные джинсы с высоко закатанными штанинами; редко – длинные черные кожаные плащи (“генрихи”). Иногда скинхеды перепоясываются армейскими ремнями «советского» образца, залив предварительно внутрь пряжки свинец для тяжести. Такой ремень в умелых руках – опасное оружие.
Основной внешний признак скинхеда – это обритая или коротко, “под ноль”, остриженная голова. Иногда авторитетные члены движения, лидеры, позволяют себе аккуратную короткую бородку. Важной частью имиджа бритоголовых является распространенность татуировок – со специфически скиновской или прямо нацистской символикой. Существует также определенная мода на  изображения с языческими сюжетами или кельтскими орнаментами.

Следует учесть, что вышеописанному шаблонно-хрестоматийному облику скинхеда совсем не обязательно соответствуют реальные молодые люди, нападающие на иностранцев. С одной стороны, разделяющие ксенофобские установки агрессивные подростки далеко не всегда имеют даже просто финансовую возможность приобрести недешевые «мартинсы». Да это и не важно: даже идеологи движения утверждают, что внешний имидж не имеет значения, главное для того, чтобы быть «настоящим скином»,  это бить «врага», «а во что ты при этом обут, совершенно не важно, хоть в лапти». С другой стороны, более опытные «товарищи» сознательно избегают «внешних атрибутов», чтобы не иметь проблем с милицией или оппонентами из числа практикующих уличное насилие «антифа». Большую популярность приобретают менее бросающиеся в глаза «маркеры» субкультурной принадлежности – например, определенная одежда (куртки-балахоны и т.п.) некоторых фирм (типа «лондсдейл» или «лакоста»), не такая специфическая, как «мартинсы». Такая эклектичная помесь спортивного и официального стиля, т.н. «кэжуал», популярна среди футбольных хулиганов. Вообще, «фаны» и скины – «родственные» субкультуры (хотя, разумеется, «околофутбольное» движение всегда было более массовым, чем «неонацистское»).    

В Киеве первые скинхеды появились, по данным прессы, еще в конце 1980-х гг. Однако тогда они скорее представляли локальную версию общесоюзного «гопнического» движения (наподобие подмосковных «люберов» или питерских «наци»), подражавшую известным разве что по «ругательным» статьям в журнале «Ровесник» английским скинам. Соответственно, и выплескивали свою агрессию первые скины на всяких «хиппи волосатых». Следующее поколение украинских скинов появилось уже в середине – конце 1990-х гг. Численность их была невелика, и за пределами молодежных субкультурных кругов о них узнали только в 2002 г., когда Дмитрий Волков («Демьян»), один из первых украинских скинов, повел молодую смену на погром киевской Хоральной синагоги. Волков и несколько активных погромщиков тогда были осуждены (причем организатор погрома – по 161 ст. УК), но эстафету приняли другие. С середины 2000-х гг. неонацистская субкультура в Украине начала стремительно расти.

Сегодня, согласно широко озвученным данным МВД, в Украине насчитывается около 500 скинхедов. Я склонен согласиться с этой цифрой, с тем лишь уточнением, что речь идет только об устойчивом «ядре» субкультуры; «периферия», состоящая из подростков, время от времени посещающих какие-то мероприятия или «тусовки», в подобных движениях всегда на порядок количественно больше «ядра». Как и любая другая, неонацистская субкультура подразумевает возможность разных уровней «погружения»: есть масса разрозненных «модников», воспроизводящих внешний образ, «тусующихся», пьющих пиво, посещающих концерты или футбольные матчи; а есть устойчивые группы по 5-10 человек, которые целенаправленно рыщут по улицам вечернего города в поисках жертв «неправильной» внешности. 

Разумеется, никакой единой «организации скинхедов» не существует. Это настолько очевидно, что ни стоило бы об этом и говорить, однако слишком часто приходится слышать конспирологические рассуждения о некой всемогущей циничной силе, которая в своих корыстных использует неонацистов, а то и управляет ими. Склонные к подобной мифологии сотрудники правоохранительных органов не забывают добавить, что координационный центр, использующий в своих провокациях «нанятых юнцов», находится за рубежом. Подобные абсурдные высказывания напоминают тезис двадцатилетней давности об «антисоветском неформальном объединении молодежи «хиппи», управляемом с Запада». Управлять субкультурой невозможно, она развивается по собственной логике.  

Чем же объяснить резкий рост агрессивной расистской молодежный субкультуры, который мы фиксируем в Украине сегодня? Безусловно, как у всякого сложного явления, есть немало факторов, прямо или косвенно «работающих» на этот рост. Здесь и  обусловленная социальной ситуацией криминализация молодежи, и бурное развитие украинской «околофутбольной» инфраструктуры, и наглядный пример северо-восточного соседа, где расистское насилие давно стало вопиющей проблемой, и распространение в обществе в целом ксенофобских взглядов, и некорректное освещение в украинских средствах массовой информации этнокультурной проблематики, в первую очередь в контексте миграции. Часто сами миграционные процессы называют среди важнейших факторов роста ксенофобии в обществе. Мол, ксенофобия – ответная реакция на миграцию. Мне кажется, это упрощенное понимание процесса. Ксенофобскую реакцию провоцируют не мигранты как таковые. Тема миграции и ее восприятия в обществе заслуживает отдельного серьезного разговора, я обращу внимание только на некоторые моменты.

Во-первых, вообще-то, при нынешних демографических процессах миграция необходима Украине если не для выживания, то для сохранения темпов роста экономики точно. Во-вторых, несмотря на динамику последних лет, мигрантов в нашей стране все-таки еще слишком мало, чтобы говорить о каком-то «культурном шоке» украинцев, непосредственно сталкивающихся с ними. Мы имеем дело информационным фантомом в чистом виде. Мигрантофобия разжигается СМИ, которые не задумываясь публикуют (часто – со ссылкой на правоохранительные органы, зараженные этой болезнью наиболее серьезно) безграмотные статьи о «нелегалах», которые якобы привозят в Украину «экзотические болезни», наркотики и преступность.

Журналисты и редакторы не «чувствуют» собственной мигрантофобии, не расценивают ее как наиболее актуальную форму ксенофобии и не осознают собственной ответственности. К сожалению, оскорбительные и провоцирующие расистскую реакцию бредни публикуют не только «желтые» издания, но и газеты, гордящиеся своей либеральной позицией и аналитическим подходом. В качестве вопиющего примера можно привести даже самое серьезное украинское печатное издание – «Зеркало недели». Опубликованная в последнем на момент написания этого обзора номере газеты статья с характерным заголовком «Киев: рай для мигрантов?» начинается так: «Похоже, если в Украине в самое ближайшее время не заработает единый государственный орган, занимающийся делами мигрантов, а также не будет принят закон о миграционной службе, представителям властного олимпа все-таки придется сместить центр перманентной языковой дискуссии со славянской группы на тюркскую семью языков, семитскую или какую-нибудь другую. Наконец-то задумавшись и о том, почему время от времени иностранцы устраивают перестрелки на столичной Троещине и огнем чистят рынки на Шулявке…».

Цитировать статью можно долго – она вполне достойна служить примером типичной мигрантофобской «страшилки». Закономерно, что этот материал перепечатали многие ксенофобские и расистские Интернет-сайты, а также (что тоже показательно) ресурсы типа «Криминальная Украина».  Хочется подчеркнуть, что пример «Зеркала недели» приведен здесь не потому, что этому изданию присуща какая-то ксенофобия (наоборот, в том же номере «Зеркала» опубликована отличная статья, блестяще раскрывающая сексистские стереотипы наружной рекламы!), а наоборот,  как показатель того, что под маской антииммигрантских высказываний расизм может «просочиться» даже в самые серьезные аналитические издания. Что уж говорить о популярных  газетах с оттенком «желтизны»!   

Важность фактора СМИ невозможно переоценить. Я уверен, что наибольшую ответственность за распространение негативных стереотипов несут не маргинальные национал-радикальные листки, которые читают только уже убежденные носители определенных взглядов, а «мейнстримовые» издания и, конечно, телевидение. На настоящий момент этот тезис наиболее актуален в отношении мигрантофобии, однако в целом это касается всех распространенных в обществе этнорелигиозных  фобий – кавказофобии, исламофобии и т.п.  

Вместо заключения

Если с учетом изложенной информации вернуться к началу статьи, то становится очевидным, что указание президента правоохранительным органам уделять особое внимание преступлениям на почве ненависти мера необходимая, но совершенно недостаточная. Что, помимо политической воли и бдительности доблестных сотрудников милиции, прокураторы и СБУ, может помочь если не побороть агрессивную ксенофобию, то хотя бы «сбить» ту волну насилия на почве ненависти, которая захлестнула в последние два года Украину?
И правоохранители, и эксперты указывают на несовершенство законодательной базы. Только в апреле 2008 г., после того, как масштабы проблемы стали вопиющими, впервые за много лет была применена 161-я статья Уголовного кодекса, карающая за преступления на почве ненависти (она фигурировала в приговорах убийцам уроженца Нигерии осенью 2006 года и хулигану, избившему осенью 2007 года японского туриста). В мае 2008 г. по этой же статье были осуждены молодые люди, в апреле 2007 г. забившие до смерти корейца. Однако, несмотря на вынесенные приговоры, формулировка статьи столь неудачна, что применить ее довольно сложно. С начала 2008 года в Верховной раде были зарегистрированы четыре альтернативных законопроекта, которые призваны уточнить формулировки и усилить ответственность за преступления на почве ненависти (существует также пятый, пока не зарегистрированный в парламенте). Ни один из них, на мой взгляд, не является совершенным, однако хорошо, что дискуссия вокруг реформирования законодательства в этой сфере перешла в практическое русло. 
Однако, на мой взгляд, реформа уголовного права в этой области не является приоритетным направлением деятельности. Да, в краткосрочной перспективе необходимо хотя бы «сбить» стремительную динамику роста преступлений на почве ненависти, но я верю в способность правоохранительных органов сделать это и при существующей законодательной базе. Однако это – только надводная часть айсберга.
Нигде в мире подобные проблемы не решались только репрессивными методами. И государственным структурам, и общественным организациям предстоит предложить еще немало усилий, в первую очередь, в сфере культуры и образования, для того, чтобы внедрить в общество основы толерантности. Это, конечно, длинный и сложный путь, однако другого просто нет. Лучше для Украины станут привычными столь забавляющие нас сегодня западные нормы политкорректности, чем расистские убийства.

Примечание: предварительный вариант статьи был напечатан на украинском языке в журнале Критика, № 7–8 (129–130), Липень – Серпень 2008. С. 8-12.

Статистика сообщений о жертвах нападений на почве ненависти в Украине,
2006 – 2008 гг.

 

2006

2007

2008

I квартал

1

25, 2 убиты

47, 2 убиты

II квартал

5

20, 2 убиты

11, 2 убиты

III квартал

2

25

19

IV квартал

6, 2 убиты

17, 1 убит

6

ИТОГО:

14 (2 убиты)

87 (6 убиты)

83 (4 убиты)

В статистике учитывались только жертвы ставших известными нападений на почве ненависти. Хочу подчеркнуть, что речь не идет обо всех преступлениях, совершенных против иностранцев, а только о тех случаях, когда имеющаяся информация позволяет предположить расистский характер преступления (неспровоцированное жертвой, обладающей ярко выраженной внешностью, внезапное нападение одного или нескольких молодых людей, часто вооруженных ножами; иногда – с расистскими выкриками, иногда – нет информации; жертв часто не грабили; и т.п.)

«Сомнительные» случаи я старался не включать (напр., убийство ножом лидера ангольской общины, насколько можно судить, на бытовой почве, в Киеве в ноябре 2006 г.; убийство ножом вьетнамца, насколько можно судить, на коммерческой почве, в Одессе в феврале 2008; и многие другие). Кроме того, я не включал в статистику жертв массовых драк между студентами-иностранцами и местными жителями (даже тогда, когда имелось достаточно информации, чтобы уверенно утверждать, что происшествие носило характер межнационального столкновения), поскольку в таких случаях невозможно точно определить количество жертв.

 

Нападения на почве ненависти в Украине, 2008 г.: хроника 

· В первых числах января (возможно, 2 января) в Киеве произошло нападение на вьетнамца. Напавший был задержан. На допросе молодой человек назвал себя скинхедом и признался, что напал на иностранца по идеологическим соображениям.
· 2 января в Киеве возле станции метро «Дорогожичи» произошло расистское нападение на чернокожего беженца из Африки. Два молодых человека, выглядящие как скинхеды, с применением оружия (газовый баллончик и бейсбольная бита; один из нападавших также угрожал пистолетом) избили искателя убежища в Украине.
· 5 января в Киеве на выходе из ресторана на ул.Терещенковской возле выхода из ресторана неизвестный напал на иностранца (сына дипломата) и сбил его с ног ударом его в лицо. До этого нападавший вместе с еще одним человеком, не скрывая агрессии, весь вечер наблюдали за иностранцем.
· 10 января в Киеве на автобусной остановке возле станции метро «Шулявская» группа из десяти-пятнадцати молодых людей напала на главу организации «Африканский центр» Чарльза Асанте, выходца из Ганы. Нападавшие использовали ножи и пустые бутылки. Потерпевший в тяжелом состоянии был госпитализирован.
· 10 января во Львове в пиццерии «Клондайк» на ул.Сахарова неизвестный молодой человек внезапно напал на чернокожего посетителя и жестоко избил его (бил деревянным стулом по голове). Пиццерия находится на первом этаже общежития университета «Львовская политехника», где проживают немало иностранцев. По словам студентов, расистские нападения возле общежития – не редкость.
· 11 января в центре Киева, на Крещатике (сначала – на улице, потом – в подземном переходе возле Центрального универмага), был избит известный чернокожий спортсмен, 29-летний игрок баскетбольного клуба «Киев» Маркус Фейсон. Согласно сообщениям СМИ, во время драки спортсмену удалось вырваться, и он подбежал к милицейской патрульной машине, однако сотрудники правоохранительных органов отказались вмешиваться и уехали, а расисты догнали баскетболиста и продолжили бить (по другим данным, правда, потерпевший перепутал – это была не милицейская машина, а банковская машина инкассации). Нападавших было около десяти. В ходе избиения они кричали «Черные, убирайтесь из Украины!». В ходе драки пострадавший порезал руку (по версии милиции – он порезался о стекло торгового ларька в подземном переходе), позднее ему наложили десять швов. Милиция отрицала расистский характер преступления.
· 11 января в Киеве в милицию обратился врач, оказывавший помощь избитому на улице еще перед новым годом 36-летнему гражданину Китая. Сам пострадавший заявление писать не стал.
· 11 января в Киеве возле собственного дома  двое неизвестных, одетых в стили милитари, избили беженца из Анголы. 
· 12 января в Киеве на станции метро «Левобережная» неизвестный подросток напал на 23-летнего студента 3 курса Киевского национального экономического университета, гражданина Кот д’Ивуар. Студент выбежал из метро, однако снаружи, на улице М.Расковой, его догнали и избили два молодых человека. Двое подозреваемых в совершении этого преступления были задержаны. Уголовное дело было возбуждено по ст. 296 ч.2 УК («хулиганство»).
· 23 января на рынке возле ст.м. «Лисова» в Киеве группа скинхедов нападала на иностранцев. Два выходца из Иордании серьезно пострадали.
· 24 января в Киеве на крыльце подъезда собственного дома неизвестным был избит выходец из Нигерии.
· 24 января в Киеве группа неизвестных из 6-7 человек напали сзади на трех граждан Китая. Двое потерпевших получили незначительные повреждения, один в ходе избиения получил серьезную травму глаза и потерял сознание. После нападения он неделю провел в больнице. 
· Вечером 24 января в центре Днепропетровска, возле центральной синагоги «Золотая Роза», четверо неизвестных избили преподавателя образовательного центра «Шиурей Тора» раввина Дов-Бер Байтмана. В ходе избиения нападавшие выкрикивали антисемитские лозунги.
· 25 января стало известно об инциденте в Николаеве – группа подвыпивших молодых людей устроили потасовку с ровестниками-нигерийцами, практикантами Николаевского кораблестроительного университета. Местные молодые люди прицепились к чернокожим студентам возле магазина, куда те зашли по дороге в общежитие. Во время потасовки нападавшие выкрикивали расистские оскорбления. Нигерийцы убежали, и уже из общежития вызвали милицию. Сотрудники милиции задержали троих хулиганов. Один из задержанных был бритым наголо. Хулиганы были привлечены к административной ответственности.
Одновременно стало известно, что СБУ в Николаеве объявила официальное предостережение еще четверым молодым людям, которые объединились в группировку с целью совершения насильственных действий в отношении «неславян». Члены группировки собирали деньги для покупки пневматического пистолета, который планировалось переделать для стрельбы боевыми патронами. Согласно сообщению источника, «к скинхедам применили меры профилактического воздействия».
· 27 января в Киеве на автобусной остановке возле Троещинского рынка два искателя убежища из Нигерии и Конго подверглись нападению со стороны группы молодых людей. У одного из пострадавших была повреждена челюсть.
· 27 января возле дома 8 по ул.Салютная неподалеку от станции метро «Нивки» в Шевченковском районе г.Киева неизвестные совершили жестокое нападение на беженца из Конго 1989 г.р. Жозефа Бунте. Потерпевшему было нанесено 17 ножевых ранений в голову, грудь и спину. В больнице в результате полученных ранений потерпевший скончался.  
· 31 января в Киеве подвергся нападению гражданин Ливии. Он голосовал на улице. Водитель остановившейся машины, в которую сел ливиец, заблокировал двери и увез пострадавшего на окраину города, где ожидала группа мужчин. Иностранца сильно избили, у него забрали документы. 
· В первых числах февраля в Киеве в результате нападения пострадал гражданин Сьерра Леоне.
·  2 февраля возле в Киеве возле ст. м. «Университет» четыре молодых человека напали на испанца. Использовав электрошокер, нападавшие повалили жертву и жестоко избили ногами. Пострадавший получил медицинскую помощь в частной клинике.
·  2 февраля в Киеве возле станции метро «Шулявка» два молодых человека напали на гражданина Нигерии.
·  2 февраля в Киеве возле общежития, где проживали китайские студенты, три молодых человека напали на двух иностранцев. После того, как из общежития на помощь студентам пришли их земляки, нападавших удалось задержать. Причиной драки, по словам нападавших, якобы послужила ревность. Однако один из пострадавших опознал нападавших – они уже совершали расистские нападения в конце 2007 г. 
·  16 февраля на трамвайной остановке возле моста Патона на Набережном шоссе в Киеве три молодых человека напали на военного атташе посольства республики Индия Субраманияна  Недунчеджиана. Нападавшие нанесли иностранцу телесные повреждения в присутствии его дочери, после чего скрылись с места преступления на подошедшем трамвае. 
· 17 февраля в Киеве возле дома 43 по ул. Маяковского около двадцати молодых скинхедов в характерной одежде, высоких шнурованных ботинках и с лицами, закрытыми шарфами, после преследования двумя группами совершили попытку напасть на двух чернокожих искателей убежища в Украине. Жертвы нападения успели скрыться в здании супермаркета. Расисты ожидали их снаружи, выкрикивая расистские оскорбления, до приезда милиции.
·  18 февраля в Днепропетровске несколько скинхедов избили гражданина Нигерии.
·  19 февраля возле кассы в продуктовом супермаркете «Сильпо» возле ст. м. «Шулявка» в Киеве три молодых человека, описанные очевидцами и пострадавшим как скинхеды (короткие черные куртки, высокие шнурованные ботинки), стали оскорблять 40-летнего нигерийца Даниеля Осаймо. Один из расистов ударил жертву в лицо. Когда иностранец вышел на улицу, на него снова напали. Он успешно оказал физическое сопротивление, но ему брызнули в лицо из газового баллончика и ударили ножом. Пострадавший и один из нападавших были госпитализированы, двое других нападавших скрылись с места преступления. По некоторым данным, один из нападавших, использовавший нож, был гражданином России. Уголовное дело было возбуждено против гражданина Нигерии.
·  19 февраля в Киеве, в микрорайоне Троещина группа молодых людей напали на уроженку Африки. Ее ударили бутылкой по голове.
· 19 февраля возле дома 19 по ул.Крещатик в центре Киеве произошло нападение на гражданина Туркменистана. Группа молодых людей внезапно напали на иностранца и жестоко его избили. Пострадавший был госпитализирован в Институт нейрохирургии.
· 20 февраля группа из семнадцати подростков после распития пива на Лыбедьской площади г.Киева направились через Московскую площадь к Краснозвездному проспекту, у начала которого напали на двух иностранцев-студентов подготовительных курсов расположенной рядом Межрегиональной академии управления персоналом из Ирана и Китая (в МАУП обучается немало студентов из Азии, поэтому расисты и направлялись к Академии в поисках жертвы). Нападавшие жестко избили студентов. Их жертвой стал также еще один иностранец, также гражданин Ирана. Пострадавшие были госпитализированы, китайский студент – в Институт нейрохирургии, иранцы – в травматологию.  
В результате оперативных действий милиции нападавшие были задержаны. В силу малого возраста большинство из них после установления личности были отпущены, пятеро, самому младшему из которых было 17 лет, самому старшему – 23 года, были арестованы.
В милиции задержанные не смогли пояснить, почему напали на иностранцев, но свою принадлежность к движению скинхедов отрицали. При этом, по собственному признанию, перед началом избиения молодые люди кричали специфические скиновские субкультурные «боевые кличи» («Зига-зига, зига-зага, ой-ой-ой!»). Внешний облик задержанных соответствовал просто хрестоматийному образу скинхеда – высокие шнурованные ботинки с металлическими вставками в мысках (этими ботинками нападавшие избивали своих жертв), подвернутые джинсы, короткие черные куртки-«бомберы», и т.п.
· 8 марта возле киевского рынка «Оболонь» на глазах у своей невесты был убит беженец из Сьерра-Леоне Виктор Бенду-Чарльз. Ему нанесли десяток ножевых ранений. Личные вещи не были тронуты. Уголовное дело было возбуждено по ч.2. ст. 114 УК Украины («умышленное убийство»). 
· 8 марта в Киеве несколько наци-скинхедов напали на участниц анарохо-феминистической мини-демонстрации, прошедшей на Крещатике (акция была призвана обратить внимание на сексистский, по мнению организаторов, характер, который принимает празднование дня борьбы за равные права женщин). Две участницы акции, возвращавшиеся с мероприятия отдельно от основной группы, серьезно пострадали.   
Хотя мы не включаем в мониторинг нападения национал-радикалов на политических оппонентов, в том числе – антифашистов, мы решили учитывать данный инцидент, поскольку, как известно из неформальных источников, наци-скинхеды мотивировали свою агрессию тем, что участницы акции были идентифицированы ими как представительницы сексуальных меньшинств, т.е., нападение носило откровенно гомофобский характер.     
· 20 марта во Львове группа нацистов из около двадцати человек напала на четырех студентов из африканских стран. Двум студентам удалось спастись, но двое были жестоко избиты.
· 22 марта стало известно о новом расистском нападении в Николаеве. От рук скинхедов снова пострадали нигерийцы. Уголовное дело было возбуждено по статье «грабеж» (у избитых иностранцев нападавшие отняли мобильные телефоны), хотя неофициально сотрудники милиции не отрицали идеологического характера преступления.
· Вечером 26 марта в Святошинском районе Киева неизвестный со спины напал на иранца и нанес ему ножевое ранение. Пострадавший был госпитализирован.
· По неофициальной информации, 27 марта возле здания Национального авиационного университета группа скинхедов напала на иранского студента.
· 28 марта в Киеве неподалеку от ст.м. «Лисова» на троллейбусной остановке произошло нападение на гражданина Нигерии Генри Азимоту, восемь лет проживающего в Украине. Два молодых человека и три девушки внезапно напали на иностранца, один из молодых людей нанес ему ножевое ранение. Нападавший передал нож своему младшему товарищу (16-летнему десятикласснику) и попытался бежать, однако благодаря одному из прохожих его удалось задержать. Позже были задержаны и его подельники. Пострадавший был госпитализирован. По словам пострадавшего, несколько месяцев назад на киевской улице на него уже нападали расисты. Тогда он спасся благодаря тому, что случайно проезжавший мимо водитель маршрутки затормозил рядом, и нигериец успел запрыгнуть в транспортное средство.  
· 3 апреля в Тернополе группа агрессивно настроенной местной молодежи напала на общежитие № 1 местного медицинского университета, в котором проживают иностранные студенты. Студенты успели скрыться в здании, а дежурный вахтер успел запереть двери (при этом его успели ударить палкой по голове). Около десяти минут нападавшие забрасывали здание камнями и били палками двери, потом разбежались.
В тот же день чуть ранее возле тернопольского магазина «Эльдорадо» на ул. Шептицкого группа молодых людей внезапно напала на 23-летнего студента из Индии Тезосвара Сингха. Пострадавший был жестоко избит и госпитализирован в больницу скорой помощи.
По словам декана факультета зарубежных студентов Тернопольского медуниверситета Михаила Корды, ранее уже имели место нападения и избиения обучающихся в вузе иностранцев.
Интересно, что как раз в конце марта стало известно, что Управление СБУ по Тернопольской области открыло «горячую линию», куда можно сообщить о проявлениях антисемитизма, ксенофобии и расизма. При этом сотрудники СБУ утверждали, что «в течение последнего года в Тернополе проявлений ксенофобии не было зафиксировано». Между тем, по нашей информации, и ранее, в 2007 г., в Тернополе были зафиксированы идеологически мотивированные нападения на иностранцев (выходцев из арабских стран). 
·  17 апреля в Киеве пятеро молодых людей избили темнокожего эксперта Восточно-Европейского Института Развития Робе Ашенафи.
· 22 апреля в Киеве возле Киевского авиационного университета группа молодых ребят (пять парней и четыре девушки) с применением подручных средства избили иранского студента стоматологического факультета Киевского медицинского университета.
·  25 апреля в Николаеве был избит гражданин Нигерии, обучающийся в Николаевском кораблестроительном университете. Его нашли без сознания под стенами общежития и госпитализировали. СМИ, сообщившие о происшествии, выражали сомнение в том, что студента избили расисты (сообщается, что студент «в университете «славится» своим скверным характером» и ранее уже вступал в конфликты с местной молодежью). В общую статистику этот случай не включен. 
·  28 апреля в Донецке был жестоко избит нигерийский бизнесмен Зумекс Иносент. Правда, несмотря на то, что это преступление несколько раз упоминалось в СМИ как расистское, с учетом известной нам информации у нас нет полной уверенности в том, что нападение было совершено на почве ненависти, и в общую статистику мы его не включили.

· 1 мая в Киеве группой подростков был избит беженец из Афганистана.

· 9 мая на ул.Бакинской в Киеве восемь подростков в возрасте 15–16 лет в высоких шнурованных ботинках жестоко избили 12-летнего армянского мальчика Жана Асатряна. Когда мальчик упал, его избивали ногами. Нападение снималось на видеокамеру. Пострадавший был госпитализирован в НИИ нейрохирургии.

· 18 мая в парке Костюшко во Львове четыре подростка со спины напали на молодого индуса (по словам очевидцев, «лет 20»), который прогуливался с девушкой.

· 20 мая в Киеве на ул. Староноводницкая нападению подвергся 17-летний сын индийского дипломата. Он был избит группой из 6-7 подростков. В результате нападения пострадавший получил легкие повреждения челюсти и зуба.

· 29 мая в Соломенском районе Киева на улице был убит выходец из Нигерии Джоэл Тайве Олубайонде. Погибшему было около 40 лет, он жил в Украине уже давно, работал на Шулявском рынке. Согласно имеющейся информации, на нигерийца напали два молодых человека и нанесли ему около десяти ножевых ранений. Милиция утверждала, что оснований для характеристики инцидента, как расистского, нет.

· 8 июня в Киеве произошло нападение на узбека. Трое нападавших молодых человека (один – с бритой головой) внезапно окружили узбека, пустили в глаза струю слезоточивого газа из баллончика и начали его избивать, когда он упал, били его ногами на земле. Пострадавший был госпитализирован со сломанным ребром, порванными сухожилиями и повреждениями груди и головы (были наложены швы). Пострадавший получил также повреждения почек и легких.

·  9 июня на ул.Гарматной в Киеве было обнаружено тело мертвого 47-летнего беженца из Конго Антога Луилу с разбитым в кровь лицом. Хотя в СМИ сразу же выдвигались предположения о том, что покойный был жертвой нападения, по данным милиции, основывающимся на судмедэкспертизе, у беженца отказало сердце, а лицо было разбито в результате падения на асфальт. Мы упоминаем это происшествие в связи с широким общественным резонансом, однако не включаем его в общую статистику.

· 10 июня в Одессе в результате нападения пострадал гражданин Израиля Ави Хазан. Израильтянин возвращался из паломнической поездки в Умань (где находится могила одного из наиболее почитаемых хасидских учителей – р.Нахмана из Брацлава). Будучи одет в характерную для религиозного еврея одежду, поздно вечером он «поймал» частную машину, в которую вскоре подсело два молодых человека. А.Хазана вывезли за город и избили. Израильтянин не был ограблен, его личные вещи не пострадали – за исключением цепочки с маген-давидом, которую с него сорвали.  На следующее утро после инцидента израильтянин покинул Украину, не подав заявление в милицию.

·  18 июня в Соломенском районе Киева два 30-летних приезжих из Донецка жестоко избили аспиранта Национального медицинского университета им.Богомольца родом из Палестины, который прогуливался с девушкой. Нападавшие, будучи в состоянии алкогольного опьянения,  спросили молодого человека, что он здесь делает, после чего стали избивать, по предварительной информации, с применением кастета или какого-то подручного предмета. В результате полученных травм пострадавший скончался. Убийству предшествовали оскорбления расистского характера. Оба нападавших были задержаны. Насколько можно судить по имеющейся информации, они не принадлежат к праворадикальным группировкам и не выискивали целенаправленно жертвы с «неславянской» внешностью.
Задержанным было предъявлено обвинение по ст. 115 УК Украины. Милиция отрицала расисткой характер происшествия. По словам начальника Центра общественных связей киевской милиции Владимира Полищука, «задержанные не относятся к скинхедам, поэтому преступление пока не рассматривается как совершенное на почве расовой нетерпимости». В Киеве погибший жил более девяти лет, и вскоре должен был закончить аспирантуру медицинского университета как врач-офтальмолог.

· Согласно неофициальной информации, в первой половине июля в Тернополе были совершены нападения на двух студентов из Экваториальной Гвинеи и Перу. Один из них пострадал от легких ранений, а другой был госпитализирован на некоторое время. Нападавшие, согласно сообщению, были задержаны. Однако из официальных источников информация не получила подтверждения.

· 19 июля в Виннице на улице произошло нападение на студента четвертого курса местного медицинского университета родом из Палестины Мотаза Аль Раджаби. На перекрестке ул. Келецкой и 40-летия Победы на иностранца внезапно напал молодой человек. Выкрикивая расистские оскорбления, он стал избивать студента. Иностранец потерял сознание и был доставлен в отделение реанимации городской больницы скорой помощи, откуда был переведен в отделение нейрохирургии.

Согласно показаниям потерпевшего, ранее он уже стакивался на улице с нападавшим, но в первый раз тот ограничился ксенофобскими оскорблениями. По версии правоохранительных органов, нападение произошло на почве ревности. Следствие установило, что у нападавшего были отношения с девушкой, с которой дружил иностранец, и именно это толкнуло его на преступление. По словам милиционеров, процитированным местной газетой, «говорить тут про какие-то расистские проявления, проявления ксенофобии не стоит». А согласно сюжету, прошедшему 23 июля на «5 канале», начальник отдела по связям с общественностью УВМД в Винницкой области Игорь Клопотий заявил: «Наш человек [! – ред.], которого мы обвиняем в совершении этого правонарушения, на сегодняшний день обучается в Винницкой торгово-экономическом университете. Мы его 21 числа установили, он был задержан, доставлен к нам дает показания. В его действиях лично я состава преступления не увидел [!! – ред.]». 

В любом случае, мы включаем инцидент в мониторинг, хотя бы потому, что, что характер оскорблений, с которым нападавший набросился на потерпевшего, по крайней мере, согласно свидетельству пострадавшего, был именно расистским; претензии личного порядка не высказывались. 

· 20 июля около девяти вечера в Деснянском районе Киева, возле столичного рынка «Троещина», три молодых человека напали на пятерых студентов из Китая. Троим студентам, двум парням и одной девушке, удалось убежать; двум другим китайцам были нанесены серьезные телесные повреждения. Пострадавшие с ножевыми ранениями были доставлены  больницу скорой помощи, один из них – в состоянии комы (к счастью, все пострадавшие выжили). Ограблены жертвы не были. Уголовное дело было возбуждено по статье «хулиганство».

·  29 июля во Львове произошло нападение на Еврейский культурный центр «Шалом, хаверим» (в нем проходят занятия по образовательной молодежной программе STARS Федерации еврейских общин Украины), расположенный по адресу ул.Сичевых стрельцов, д.21, кв.10.

Центр «Шалом, хаверим» проводил свои мероприятия в частной квартире на первом этаже жилого дома; у центра отдельный вход со двора. По имеющейся информации, два жильца того же дома, муж и жена, с балкона второго этажа заметили во дворе трех девушек, направлявших в еврейский общинный центр. Мужчина выбежал во двор и побежал к ним, женщина с балкона кричала оскорбления. Женщина, снимающая квартиру, в которой собирается центр «Шалом, хаверим», вышла на шум, и агрессивный сосед напал  на нее и ударил в лицо. Защищаясь, пострадавшая воспользовалась газовым баллончиком со слезоточивым газом и скрылась в квартире,  заперев за собой дверь. Нападавший потерял равновесие и упал на лестницу. Спустившись вниз, супруга дебошира стала ломиться в дверь квартиры, где проходят мероприятия еврейского общинного центра, а потом – бить стекла в ее окнах. Когда приехал вызванный по телефону хозяйкой квартиры руководитель центра «Шалом, хаверим», и попытался успокоить дебоширку, та набросилась на него, размахивая подручными предметами. Общинному деятелю удалось скрутить агрессивную соседку, и, дождавшись приезда милиции, сдать дебоширку сотрудникам правоохранительных органов. По итогам инцидента наиболее серьезно пострадали сами нападавшие дебоширы: мужчина сломал два ребра при падении, у женщины – трещина лучевой кости. 

Милиция признала виновными двух нападавших, их действия были квалифицированы как мелкое хулиганство (ст.173 Кодекса Украины об административных правонарушениях), уголовное дело возбуждено не было. Дебоширы были привлечены к административной ответственности и в соответствии с решением районного суда Галицкого района города Львова от 8 августа 2008 г. оштрафованы на 119 гривен каждый.

По имеющейся у нас информации, конфликты между посетителями центра и жильцами дома уже происходили, однако до применения силы дело не доходило. Работники и посетители еврейского общинного центра утверждают, что и последний, и предыдущий инциденты имели антисемитский характер; некоторые из жильцов, высказывания которых цитировали сочувствующие погромщикам СМИ, утверждали, что еврейский центр и его посетители вызывали раздражение постоянным шумом в позднее время. Милиция отрицает антисемитский характер происшествия.

В прессе распространялись самые противоречивые сведения о произошедшем: от утверждений о настоящем погроме, совершенном группой лиц со стальными прутьями, до рассказов о том, как евреи избивают украинских пенсионерок. Информационная разноголосица осложнялась тем, что сами представители общины воздерживались от комментариев до официального вывода со стороны правоохранительных органов. 8 августа, после решения суда, пострадавшая сторона дала пресс-конференцию. По словам представителя UCSJ во Львове Мейлаха Шойхета, еврейская община не удовлетворена квалификацией антисемитского преступления как «хулиганства», однако признает решение государства и не будет официально требовать пересмотра принятого решения.

·  В ночь на 15 августа в Тернополе молодой местный житель «розочкой» из разбитой бутылки нанес ранения в области грудной клетки и живота студенту четвертого курса Государственной медицинской академии из Судана 1984 г.р. Суданцу была оказана медицинская помощь в Тернопольской городской больнице № 1. Напавший был задержан по горячим следам. Им оказался сержант внутренней службы Управления Государственного департамента исполнения наказаний в Тернопольской области. Прокуратурой г.Тернополя было возбуждено уголовное дело по ст.125 УК Украины (нанесение телесных повреждений). 

По информации милиции, возле местного бара «Ибица» между местным жителем и суданский студентом, которые оба находились в состоянии алкогольного опьянения, произошла ссора. На основании имеющейся информации мы еще не можем с достаточной степенью уверенности утверждать, что преступление было совершено на почве ненависти. По предварительному и неофициальному мнению правоохранительных органов, инцидент носил бытовой характер.

·  28 августа в центре Киева произошло нападение на гражданина США афро-американского происхождения. Он был избит и задержан сотрудниками милиции в гражданской форме одежды. Источники информации подозревают, что милиция выделила пострадавшего из-за его афро-американского происхождения.

·  29 августа на сайте Международного информационного проекта «Великая эпоха» была опубликована статья, в которой приводился рассказ «Майкла, сотрудника дипломата в посольстве Нигерии». Согласно статье, «за последнее время» чернокожего дипломата избивали трижды – один раз в  Чернигове и дважды – в Киеве.
Нам ранее не поступала информация о нападениях на сотрудников нигерийского посольства в течение последнего года. Согласно ответу посольства Нигерии на официальный запрос Международной организации миграции, в посольстве нет сотрудника с таким именем. Правда, в редакции информационного проекта удалось выяснить, что в материале указано не настоящее имя нигерийца; однако, по утверждению посольства, никто из его сотрудников не подвергался нападениям. Кроме того, сотрудники посольства как правило не общаются напрямую с прессой. Фотография, размещенная в качестве иллюстрации к статье, отношения к материалу не имеет – на ней просто был  изображен «случайный» чернокожий.

Кроме того, в статье, со ссылкой на Хельсинский союз по правам человека, утверждается, что за первые четыре месяца 2008 года было зафиксировано в два раза больше преступлений на почве ненависти, чем за весь 2007 год. Это утверждение явно не соответствует действительности.

С учетом изложенного, пока не стали известные дополнительные подробности, мы не учитываем нападения героя публикации в общей статистики.

·  29 (по другим данным – 30) августа в Киеве в зале станции метро «Контрактова площадь» группа из 7-10 молодых людей, выглядевших как наци-скинхеды (черные джинсы, высокие шнурованные ботинки на толстой подошве), внезапно и неспровоцированно напали на вышедшего из поезда метро гражданина Нигерии. Нигериец был жестоко избит. Убегая после вмешательства случайного очевидца, нападавшие забрали сумку с документами, принадлежавшую нигерийцу. Прибывшие на место преступления через несколько минут сотрудники милиции никого не задержали.

Пострадавший был госпитализирован. Насколько нам известно, преступление квалифицировано как «грабеж».             

·  31 августа возле подъезда собственного дома в районе Центрального автовокзала в Киеве неизвестные напали на гражданина Китая, бизнесмена, проживающего в Украине с 1994 г. Китаец вышел из машины, и на него внезапно и неспровоцированно напали три молодых человека 16-17 лет, и сразу же пустили в ход ножи. Пострадавший получил четыре тяжелых ножевых ранения и был госпитализирован. В больнице ему была сделана операция, в настоящее время жизнь пострадавшего вне опасности.
· В августе в Крыму  был избит гражданин Алжира (в результате полученных травм уже в сентябре он скончался). Поскольку у нас нет достаточно информации, чтобы утверждать расистский характер преступления, в общей статистики нападений мы этот случай не учитываем.

·  13 сентября в Чернигове прошла акция национал-радикалов «Чужеземцы, убирайтесь домой», направленная против открытия в городе пункта временного пребывания мигрантов. Основным организатором акции выступило движение «Патриот Украины» и местная группа «Украинская альтернатива». В тот же день в Чернигове прошел концерт националистических музыкальных коллективов «Nachtigall», «Девятый вал» и «Арья варта». В акции приняли участие 50-60 человек, из них около 40 – приезжие из Киева. 

На следующий день появилась неофициальная информация о драках и нападениях, связанных с пребывавшими в городе национал-радикалами. Информация была противоречивой и исходили из нескольких разных источников. По информации, полученной из леворадикальных кругов, вечером  на городском вокзале группа вооруженных ножами национал-радикалов напала на молодых антифашистов. Причиной нападения при этом была неславянская внешность одного из «левых», за которого вступили остальные, а не их субкультурно-идеологическая принадлежность: «правые» не распознали в жертвах антифашистов. В результате нападения три человека пострадали, два антифашиста получили ножевые ранения.

Милиция отрицала, что вечерняя поножовщина на вокзале была связана с политической акцией национал-радикалов, утверждая, что в тот же день в городе был футбольный матч, и имело место столкновение футбольных фанатов.  
   
Ряд украинских праворадикальных сайтов (в частности, сайты наци-скинхед группировки «Blood&Honor – Ukraine» и Украинской национально-трудовой партии, оттуда, правда, объявление быстро убрали) разместили объявление с просьбой перечислять деньги на юридическую помощь «товарищу», который вечером 13 сентября в Чернигове якобы в порядке личной самообороны нанес ножевые ранения нескольким «антифашистам» - очевидно, речь идет о том же самом случае.

Оставим на совести авторов объявление утверждение о характере столкновения; важно, что объявление косвенно свидетельствует в пользу версии антифашистов и правозащитников (соответственно, против – версии милиции) относительно произошедшего. Очевидно, что на самом деле все-таки имело место именно нападение активистов национал-радикальных группировок на представителей молодежной антифашистской субкультуры, а не внеидеологическое столкновение различных группировок футбольных болельщиков. 
       
Данный случай будет учитываться при подведении итоговой статистики нападений на почве ненависти, поскольку антифашисты стали объектом нападения только потому, что один из молодых людей имел ярко выраженную  «неславянскую» внешность. Нападавшие не знали об идеологической и субкультурой принадлежности жертв; это было в чистом виде нападение на почве национальной ненависти.  

Напомним, что обычно  редакция бюллетеня не учитывает нападения, которые представители национал-радикальных группировок совершают на идеологических противников (а не на «случайных» представителей этнических, расовых и/или религиозных меньшинств) - антифашистов, активистов левых молодежных групп, представителей враждебных субкультур или просто тех, кто высказывает недовольство открытой демонстрацией нацистских символов. Так же за пределами внимания нашего бюллетеня имеющие изредка место насильственные действия в отношении национал-радикалов, которые время от времени практикуют представители молодежных группировок, идентифицирующие себя как «антифа» и/или «красные» (RASH, SHARP) или даже «аполитичные» («трояны») скинхеды, схожие с «коричневыми» наци-скинхедами по субкультурой атрибутике и поведенческим стереотипам, однако отличающиеся идеологической составляющей мировоззрения. Мы отдаем себе отчет в том, что без этого «фона» картина уличной войны, которую ведут принадлежащие к праворадикальным субкультурным полуполитическим группам подростки против «инородцев», будет неполной. Однако украинская политическая жизнь полна силовых столкновений «коммунистов» с «национал-патриотам», «евразийцев» с «националистами» и сторонников различных версий национализма между собой. Было бы неадекватно 
  
·  Вечером 14 сентября в центре Винницы, на Театральной площади, было совершено антисемитское нападение. Главный раввин Винницы Шауль Горовиц с трехлетним сыном и его друг, гражданин Канады, одетые в традиционную для религиозного еврея-хасида одежду, стали объектом нападения группы подростков. Пятеро молодых людей с антисемитскими и нацистскими выкриками стали избивать евреев; сильнее всего пострадал иностранец, но осталось даже маленькому ребенку. Пострадавшие спаслись, запрыгнув случайную в машину, которую водитель остановил, заметив драку. Нападавшие были задержаны.        

Из неофициальных источников нам стало известно, что в ночь после происшествия раввину Горовицу звонили неизвестные с угрозами и требованиями забрать заявление из милиции. Забрать заявление предлагали р.Горовицу и сами сотрудники милиции. 

· 19 ноября в Днепропетровске группа бритых наголо молодых людей спортивного телосложения преследовали на улице и в итоге напали на четырех бизнесменов из Японии. Нападение сопровождалось расистскими оскорблениями. Иностранцы получили незначительные телесные повреждения и обращаться в милицию не стали.  
            · 28 ноября во Львове группа из более десятка (по словам очевидца) молодых людей напали на двух иностранных студентов Львовского государственного медицинского университета. На иностранцев напали на подходе к общежитию и, по всей видимости, нацисты целенаправленно поджидали жертв студентов с неславянской внешностью. Нападавшие были в масках и вооружены ножами. Один из пострадавших с ножевыми ранениями был доставлен в реанимацию.
· 29 ноября в Киеве возле общежития четыре молодых человека стали оскорблять четырех студентов из африканских стран. Завязалась драка, все участники которой были доставлены в милицию.

 

Приложение: динамика проявлений антисемитизма в Украине в 2008 г.

Статьи об антисемитизме в Украине в прессе, как отечественной, так и зарубежной, обычно начинаются с озабоченного утверждения, что «в последнее время антисемитизм в стране усиливается». «Рост антисемитизма» в Украине беспокоит наблюдателей из России, Израиля, Европы, Америки. Каждому, кто интересуется темой и время от времени (или постоянно) читает материалы об антисемитизме в Украине, этот тезис уже набил оскомину. Подобная оценка характерна не только для СМИ: во многих зарубежных мониторингах, аналитических докладах и публичных заявлениях общественных деятелей шаблонно повторяется этот тезис. В последние годы в этой сфере регулярно наблюдается просто какое-то «осеннее обострение»: в сентябре-октябре историческими датами (типа годовщин расстрелов в Бабьем Яре и создания УПА, или даже дня памяти жертв Голодомора) и связанными с ними мероприятиями и заявлениями  провоцируется усиление публичных дискуссий вокруг «украино-еврейских отношений», и повышается интерес к вопросу «а как сейчас обстоит дело с антисемитизмом в Украине». «Резкое увеличение в Украине количества антисемитских нападений в последнее время» фиксирует «Дойче велле» и российское Агентство еврейских новостей; в недавнем заявлении одной из уважаемых украинских еврейских организаций утверждается, что «нападения на евреев стали обыденностью в Украине». Примеры можно продолжать приводить до бесконечности. Отметим лишь одну общую черту подобных заявлений: простой констатацией катастрофической ситуации, сложившейся в стране в этой сфере, дело не ограничивается, как правило, делается акцент именно на негативной динамике. С точки зрения многих наблюдателей, положение характеризуется «беспрецедентным ростом антисемитизма». В одной отдельно взятой публикации такое утверждение может выглядеть вполне логично, однако настойчивое повторение утверждения об ухудшении ситуации из года в год вызывает желание его проверить и «измерить» эту динамику в каких-то осязаемых величинах.

В материалах, констатирующих «рост антисемитизма», этот тезис подтверждается (вернее, иллюстрируется) несколькими примерами (парой случаев вандализма и/или насилия в отношении евреев, одной-двумя публикациями в маргинальных СМИ, и, конечно, дискуссиями по вопросам исторического характера, в первую очередь, связанными с осмыслением деятельности УПА), но не полноценным анализом статистики в сравнении с предыдущими периодами. Собственно, это неудивительно: мало кто в Украине занимается сбором и анализом фактической информацией о проявлениях антисемитизма в стране на системном уровне из года в год. Между тем, такие данные есть. На протяжении последних лет при поддержке и в сотрудничестве с рядом украинских и зарубежных общественных организаций (в первую очередь, речь идет о Конгрессе национальных общин Украины, Вааде Украины, Евроазиатском еврейском конгрессе, Центре гражданских свобод и американской еврейской правозащитной организации Union of Counсils) я занимаюсь мониторингом и анализом различных проявлений ксенофобии, в том числе антисемитизма. Накопленная информация позволяет сделать осторожные выводы о развитии ситуации в этой сфере, основываясь на сухих фактах, а не на эмоциях и ощущениях.  

Начать, пожалуй, следует с того, что само по себе утверждение о «росте» (впрочем, равно как и о «спаде») антисемитизма просто бессмысленно. «Антисемитизм» как таковой увеличиваться или уменьшаться не может – или, по крайней мере, мы ничего не можем об этом точно сказать. Инструмента для измерения антисемитизма «вообще», «в целом», у нас нет и быть не может. Мы можем только отслеживать динамику проявлений антисемитизма в какой-то конкретной сфере.

Так, мы можем говорить о количестве преступлений на почве ненависти в отношении евреев, а еще конкретнее – об идеологически мотивированных насильственных действиях и о вандализме в отношении мемориалов, кладбищ и зданий, в которых расположены еврейские учреждения. Кроме того, мы можем «измерить» объемы антисемитской пропаганды, пусть и не во всем ее многообразии: Ваад Украины осуществляет системный мониторинг печатных СМИ, и у нас есть точные данные о количестве антисемитских публикаций за все последние годы.

Мы можем говорить о проявлениях антисемитизма в политической жизни. Помимо заявлений политиков, «измерить» которые в количественных показателях невозможно, мы можем сравнить изменение электоральных результатов праворадикальных политических сил и политиков, известных ксенофобской и антисемитской пропагандой, от одной избирательной кампании до другой, и таким образом составить некоторое представление о динамике в этой сфере. Наконец, на основании социологических исследований мы можем сделать приблизительные выводы об антисемитизме в массовом сознании, и, опять-таки, получить «картинку» в динамике, сравнив результаты исследований, проведенных по одной методологии в разные годы.

Собственно, на мой взгляд, чтобы проверить тезис о «росте» антисемитизма в Украине «в последнее время», достаточно проанализировать динамику в этих четырех сферах. Последовательно рассмотрим, как обстоит дело с насилием и вандализмом на почве антисемитизма; электоральными успехами ксенофобских политических сил; публичной пропагандой в средствах массовой информации; уровнем антисемитизма в массовом сознании.

Динамика антисемитских преступлений

Преступления на почве ненависти в отношении евреев – это, как мы уже сказали, в первую очередь нападения и вандализм. Как это ни странно, системного мониторинга криминальных проявлений антисемитизма в 1990-е гг. в Украине никто не проводил, поэтому обоснованно мы можем говорить только о динамике в последние несколько лет.

По имеющимся у нас данным, некоторый рост количества нападений на евреев наблюдался в самом начале 2000-х гг.; к 2005 – 2006 гг. ситуация стабилизировалась, а в 2007 – 2008 гг. был зафиксирован даже некоторый спад.
По данным нашего мониторинга, в 2008 г. в результате уличных нападений пострадали три человека. Еще двое получили легкие телесные повреждения в результате т.н. погрома еврейского образовательного центра во Львове в июле с.г. Тогда двое нападавших, жившие по соседству немолодые супруги, тоже пострадали в результате полученного отпора, однако это не противоречит тому факту, что именно они были агрессивной стороной и инициаторами столкновения.

При этом в 2007 г. жертвами пяти нападений антисемитов стали восемь человек (если считать по максимуму и учитывать еще один случай, не получивший точного подтверждения, то речь, соответственно, идет о шести нападениях и девяти пострадавших). В 2006 г. в поле зрения нашего мониторинга попали пять инцидентов, в которых пострадали восемь евреев и еще один вступившийся прохожий-нееверей. Один из случаев (нападение с применением оружия в день рождения Гитлера в Днепропетровске) только чудом не закончился для жертвы летальным исходом. Кроме того, были еще два сомнительных случая, мы не смогли получить о них достоверной информации. В 2005 г. в шести инцидентах пострадали более восьми человек (точнее сказать сложно, поскольку один из случаев – это нападение на группу школьников в Симферополе), в результате одного из нападений пострадавший (жестоко избитый скинхедами студент киевской иешивы) получил травмы, угрожающие жизни. Отметим, что ни в 2007 г., ни в 2008 столь серьезных случаев не было.  

Таким образом, нельзя утверждать, что в 2007 – 2008 гг. был какой-то особенно сильный рост антисемитского насилия; наоборот, отметился незначительный спад. Тем не менее, именно в последние два года мы чаще всего слышим публичные заявления о росте числа антисемитских преступлений.

Если мы примем во внимание динамику нападений на почве ненависти в целом по Украине, то увидим резкий рост подобных преступлений начиная именно с конца 2006 г. Жертвами нападений чаще всего становятся выходцы из Африки, стран Ближнего Востока, Центральной, Южной и Юго-Восточной Азии. По имеющейся у нас информации, в 2006 г. в результате ксенофобского насилия пострадали в общей сложности 14 человек (двое погибли); в 2007 – почти 90 (точная цифра может варьироваться, поскольку несколько случаев спорные), 5 (или 6, если учитывать один спорный случай) человек погибли. По предварительным данным, в 2008 г. жертвами нападений на почве ненависти стали 77 человек. При этом следует учитывать, что о проявлениях расизма в отношении чернокожих или выходцев из Азии общество информировано гораздо хуже, нежели о случаях антисемитизма, поэтому, по всей видимости, эта статистика далеко не полная. Эти данные помогают понять реальный уровень насилия на почве ненависти в Украине и место антисемитских преступлений в этом контексте. 

Что же касается вандализма (в первую очередь речь идет об  осквернениях  еврейских кладбищ и мемориалов, а также действиях, в результате которых страдают здания синагог и других учреждений еврейской инфраструктуры) то в этой сфере мы действительно зафиксировали рост в период 2006 – 2007 гг. (отчасти потому, возможно, что только к этому времени была налажена нормальная система мониторинга в регионах страны), однако по итогам 2008 г. в этой области фиксируется серьезный спад.

В поле зрения нашего мониторинга попало почти в два раза меньше таких преступлений, чем в 2006 и 2007 гг. (12, 21 и 20 соответственно).
Уменьшение количества подобных преступлений в последний год вызвано, по всей видимости, несколькими неожиданно строгими приговорами в отношении антисемитов, участие которых в актах вандализма было доказано судом. Ранее преступники, совершавшие подобные действия, практически всегда оставались безнаказанными, либо же наказание носило символический характер. В 2008 г. несколько вандалов были осуждены условно, а несколько были приговорены к реальному лишению свободы на несколько лет.

Антисемитизм в политической жизни: электоральная динамика

Украинская политическая ситуация характеризуется в интересующей нас сфере двойственностью. С одной стороны, лица, замеченные в антисемитской (и шире – ксенофобской) риторике, активны в самых разных политических силах, и ни у общества, ни у элит нет ощущения, что само наличие таких фигур в избирательных списках является чем-то компрометирующим и недопустимым. Антисемитизм воспринимается как что-то несущественное. Единственный случай, когда со стороны руководства политической силы последовали какие-то дисциплинарные меры по отношению к политику, сделавшему публичные ксенофобские заявления – это исключение Олега Тягныбока из фракции «Наша Украина» после известных высказываний летом 2004 г., и то это произошло в специфической ситуации президентской избирательной кампании. А антисемитские выступления, скажем, Левко Лукьяненко, совершенно не мешали патриарху украинского национального движения быть уважаемым членом фракции Блока Юлии Тимошенко в парламенте предыдущего созыва (а ему, в свою очередь, нисколько не мешало соседство во фракции, например, с Александром Фельдманом). 

С другой стороны, собственно праворадикальные политические силы, особенно те, кто делал акцент на антисемитской риторике, терпят сокрушительное поражение от выборов к выборам. Более того, как справедливо заметил политолог и специалист по ультра-националистическим политическим движениям Андреас Умланд, Украина – единственная страна Восточной Европы, где, несмотря на низкий электоральный барьер, партии и блоки этой части политического спектра никогда самостоятельно не проходили в парламент. Ничего подобного российской «Родине», партии «Великая Румыния» или Лиге польских семей в украинском парламенте нет и не было даже в 1990-е гг., когда радикальный национально-патриотический дискурс был в нашей страны, пожалуй, популярнее – по крайней мере в одномандатных округах отдельные ярко выраженные этнонационалисты, включая, например, представителей Украинской национальной ассамблеи (УНА),  тогда избирались в Верховную раду. 
 
На досрочных парламентских выборах 2007 г. единственной праворадикальной политической силой, представленной в избирательном бюллетене, была этнонационалистическое Всеукраинское объединение (ВО) «Свобода» во главе с бывшим народным депутатом, а ныне депутатом Львовского областного совета О. Тягныбоком. В избирательной программе и агитационных материалах ВО «Свобода» отстаивает расистский принцип национально-пропорционального представительства. По результатам голосования, «Свобода» завоевала 0,76% голосов избирателей и тем самым улучшила свои результаты по сравнению с выборами 2006 г. вдвое (тогда партия Тягныбока получила 0,36% голосов избирателей).

По всей видимости, улучшение результатов «Свободы» объясняется отсутствием в избирательном бюллетене в 2007 г. конкурентов на национал-радикальном поле. В выборах 2006 г. принимали участие также праворадикальные УНА и Народный рух Украины за единство, откровенно антисемитская Украинская консервативная партия (УКП), Блок беспартийных «Солнце»  с религиозно-мессианской риторикой. В совокупности они собрали меньше 1% голосов (правда, следует учитывать, что некоторое количество голосов национал-радикального электората «оттянули» тогда Украинский народный блок Костенко-Плюща и, отчасти, Блок ПОРА – ПРП). Что представляет интерес в первую очередь, общий объем антисемитской пропаганды в ходе избирательной кампании был в 2007 г. на порядок меньше, чем в 2006 г., когда основную массу антисемитской агитационной продукции распространяла УКП, связанная с Межрегиональной академией управления персоналом (МАУП). Тогда УКП, несмотря на активную пропаганду закончила избирательную гонку с провальным результатом, получив 0,09 % голосов избирателей. 

Таким образом, ориентируясь на итоги последних парламентских выборов, можно уверенно констатировать, что антисемитизм не является сколько-нибудь популярной темой в избирательной риторике. Попытки сделать ставку на антисемитизм приводят к провалу. Достигающие относительного успеха правые радикалы, может быть, на персональном уровне и испытывают негативные чувства к евреям, однако предпочитают не делать акцент на этой теме, по крайней мере, не используют активно антисемитскую риторику, и их электоральная поддержка обусловлена другими причинами. В любом случае, ни о каком росте популярности антисемитских политических сил в последние годы не может быть и речи. 

Пропаганда антисемитизма: фонтан иссяк

«Безнаказанная разнузданная антисемитская пропаганда», объемы которой так же якобы растут – еще один штамп, кочующий из публикации в публикацию. Предлагаю и тут обратиться к точным цифрам. В общей сложности, по подсчетам Владимира Миндлина, осуществляющего мониторинг пропаганды антисемитизма в центральных печатных СМИ Украины для Ваада Украины, в 2008 г. в украинских изданиях было опубликовано 53 антисемитских материала.

Безусловно, мониторинг охватывает далеко не все издания, поскольку уследить за огромным количеством  маргинальных украинских газет (например, региональных, партийных, религиозных, а также агитационных в период выборов и т.п.) невозможно. Поэтому вряд ли его результаты стоит интерпретировать как точное количество антисемитских статей, опубликованных в украинских СМИ за отчетный период. Но эти данные представляют безусловную ценность, поскольку дают возможность сравнения с предшествующим периодом.

Итак, если посмотреть данные В.Миндлина за последние годы, получается следующая картина. В течение 2007 г. в центральных украинских СМИ вышло 542 антисемитские публикации. В 2006 г. было зафиксировано 676 антисемитских публикаций; в 2005 г. – 661  публикация, в 2004 г. – 379 публикаций. В 2003 г. их насчитали 258, в 2002 г. – 179. В 2001 году подобных материалов было зафиксировано чуть больше ста.

Какие процессы отражены в этих цифрах? В самом начале 2000-х гг. антисемитские материалы публиковались в основном в маргинальных изданиях; речь, в основном, шла о ежемесячных ультра-националистических «боевых листках» тиражом около тысячи экземпляров. С 2002 г. начинается новый этап, характеризующийся резким увеличением масштабов антисемитской пропаганды. Колоссальный рост количества антисемитских публикаций в 2002 – 2006 гг. был вызван активной деятельностью МАУП. В изданиях, выпускаемых Академией, выходило до 90% от общего количества антисемитских материалов в печатных СМИ.  В 2002 – 2005 гг. количество антисемитских материалов каждый год увеличивалось в 1,5–2 раза, на первый план вышли издания с тиражами в десятки или даже сотни тысяч экземпляров.

В 2006 г. количество антисемитских публикаций возросло относительно 2005 г. совсем незначительно: МАУП достигла «потолка» своих финансовых и пропагандистских возможностей. В 2007 г., впервые с 2002 г., было зафиксировано уменьшение объема антисемитской пропаганды, причем более подробный анализ показывает уменьшение количества публикаций на протяжении всего года, и особенно резкий спад с осени 2007 г. (183 публикации в течение первого квартала года, 137 – во время второго, 147 в третьем квартале, когда проходили выборы в Верховную раду, и 75 – в четвертом). Характерно, что устойчивая тенденция к уменьшению  количества антисемитских материалов продолжилась и в 2008 – в первом квартале было зафиксировано 17 публикаций, во втором – 15, в третьем – 11 и в четвертом – 10.

Объясняется резкий спад объемов антисемитской пропаганды просто – осенью 2007 г. в силу ряда причин Академия свернула антисемитскую кампанию так же резко, как и начала ее. Соответственно, резкий спад общего количества антисемитских публикаций фиксируется с сентября 2007. Это процесс получил логичное продолжение и в 2008 г., когда был зафиксирован десятикратный (!) спад объемов антисемитской пропаганды относительно предыдущего года.
Таким образом, тезис о постоянном усилении антисемитизма в украинских СМИ был совершенно оправдан в 2002 – 2006 гг.; однако в 2007 – 2008 гг. и в этой сфере мы фиксируем  спад, причем колоссальный.    

Антисемитизм в массовом сознании

В социологии существуют различные методы для оценки степени распространенности ксенофобии в обществе. Украинские исследователи (в первую очередь, речь идет о Киевском международном институте социологии (КМИС) и лично Владимире Паниотто) чаще всего пользуются т.н. «шкалой Богардуса», которая позволяет судить о социальной дистанции между различными группами населения. С ее помощью измеряется установка человека по отношению к представителям других этнических групп, точнее, психологическая готовность к сближению или, наоборот, к отторжению людей иного этнического происхождения, независимо от их личностных качеств и особенностей. Ответ респондента на вопрос о том, в каком качестве он согласен допустить представителей другого этноса (в качестве членов семьи, близких друзей, соседей, коллег по работе, и т.п.) позволяет определить социальную дистанцию, которую он хотел бы сохранить между собой и данной группой. Сумма различных ответов образует некоторую оценку по семибалльной шкале, среднестатистическую по отношению к той или иной группе (индекс социальной дистанции). Чем больше получившаяся цифра, тем ниже в обществе уровень толерантности к этой группе.

Последний подобный опрос был проведен летом 2008 г. Хотя его данные еще не были официально презентованы, предварительные данные были озвучены В.Паниото на конференции по украино-еврейским отношениям, прошедшей в Киеве 29 октября с.г. по инициативе Украинского еврейского комитета. Согласно результатам исследования, впервые за многие годы индекс социальной дистанции между восточнославянским большинством (украинцы, русские и белорусы) и евреями сократился (с 4,6 в 2007 г. до 4,1 в 2008). Это достаточно существенное изменение, хотя, конечно, итогов одного исследования еще мало, чтобы говорить об устойчивой тенденции. Следует учитывать, что ранее, согласно предыдущим исследованиям КМИС, социальная дистанция по отношению к евреям только росла (индекс вырос с 3,63 в 1994 г. до 4,6  в 2007 г.).

К сожалению, результатов исследований по шкале Богардуса, на мой взгляд, недостаточно для того, чтобы делать выводы о ксенофобии вообще и юдофобии в частности в массовом сознании. Эта шкала определяет именно что социальную дистанцию и только ее; интерпретировать дистанцию в терминах «толерантность», «ксенофобия» и «антисемитизм» проблематично. Шкала Богардуса была разработана еще в 1930-х гг., и в первую очередь измеряет степень интеграции в общество (что б не сказать – ассимиляции) этнических меньшинств, и вряд ли оправданно пытаться покрыть этой шкалой все многообразие межэтнических отношений.  Поэтому особо осторожно стоит относиться к каким-то вырванным из контекста исследования точным утверждениям типа «столько-то процентов опрошенных не хотели бы видеть евреев среди граждан Украины».

Кроме того, хотелось бы обратить внимание на социальный контекст. Мне кажется, что для постсоветского общества высокий уровень социальной дистанции в целом естественен, в т.ч. естественна и «негативная» динамика за последние 10-15 лет. В условиях крушения советской модели социума повышается роль этнической идентичности, и это нормально. Одновременно укрепляются и границы между общностями, и вместе с ними – растет социальная дистанция. Растет и роль религиозной идентичности, мешающей наиболее близким контактам (в т.ч. – бракам) между представителями разных этноконфессиональных групп. Вряд ли стоит отождествлять этот процесс с ростом ксенофобии.

Наконец, хотелось бы обратить внимание на немаловажную деталь, касающуюся конкретно антисемитизма. Евреи находятся в наиболее благоприятном положении по сравнению с другими этническими группам, они – самое близкое к восточнославянскому (украино-русскому) большинству населения страны меньшинство. Дистанция по отношению к евреям меньше, хоть чем по отношению к румынам, венграм, грекам или татарам, ни говоря уж о традиционных «лидерах» «рейтинга ксенофобии»: ромах (цыганах), выходцах с Кавказа и Юго-Восточной Азии, чернокожих. Согласно опросам последних двух лет, почти догнали евреев только поляки – индекс социальной дистанции по отношению к этой группе составил 4,7 в 2007 и 4,2 в 2008 г.

Выводы

Таким образом, тезис о «резком росте» антисемитизма «в последнее время» не подтверждается имеющимися у нас данными. Ситуация, конечно, далека от идеальной, и в различных сферах общественной жизни наблюдаются вызывающие беспокойства явления. Мы констатируем, например, резкий рост расистских преступлений в целом в последние два года. Можно говорить о том, что все более актуальным и востребованным в обществе и политике является мигрантофобский дискурс, балансирующий на гране ксенофобии или переходящий эту грань. Однако если говорить конкретно об антисемитизме, то практически по всем показателям мы фиксируем заметный спад.

Хотелось бы выразить надежду, что при разговоре о столь деликатной и, безусловно, требующей особого внимания теме эксперты и публицисты опирались бы на факты, а не на эмоции.


Новости
Контакт